Please reload

Недавние статьи

Терапия длинною в сон

Начались каникулы и дочка собирается в деревню. Со слезами на глазах она говорила: «Мамочка! Не хочу никуда уезжать. Хочу быть с тобой!»… происходящее напомнило мне про одного клиента – мальчика Диму.

 

Осенним днем раздался телефонный звонок: «Здравствуйте. Сыну 7 лет. Последнее время в школе ведет себя неадекватно. Рвет тетради, кидает стулья, бьет детей, посылает всех и учителей в том числе на три буквы. Это происходит не постоянно, время от времени. Если не считать этих истерик и агрессии, то ребенок очень ласковый и послушный. Очень общительный. Легко сходится с любым человеком. Он ходит в 1 класс. Мой сын озлобился, ищет предлоги не ходить в школу, манипулирует всякими мелочами как причиной не ходить в школу, виноватой всегда старается сделать меня, маму. Учителя повесели на него ярлык хулигана. Я пыталась выяснить, что происходит в школе, и он и учитель говорят что все нормально. Учитель у нас очень жесткая женщина, с детьми разговаривает как с солдатами в казарме, но как педагог очень сильная. Что делать не знаю, очень устала…..»

 

Выяснив, что работать буду с мальчишкой, договорилась о встрече. Через 2 дня я впервые увидела его: Дима ростом выше и крупнее своих сверстников. Маленький мужичок:)) общительный и рассудительный. Вспоминая его сейчас, рисуется образ маленького философа, на все знающего ответ и неторопливого в своих рассуждениях. В кабинете на стене висит флипчарт. Дима спрашивает разрешения порисовать и устремляется к нему, на ходу сообщив, что нарисует самую лучшую гоночную машину…У меня же появляется возможность поговорить с мамой, разъяснить суть процесса психотерапии, обсудить условия контракта (раз в неделю по 40 минут, минимум 10 встреч, последняя встреча отводится завершению). Пока мы это обсуждаем на доске появляется шедевр. Я отмечаю, что мальчик хорошо рисует. Мама бросает фразу «Ток это и может…»

 

Последующие встречи с Димой у нас проходят наедине. Мама привела его и тут же поспешила уйти, несмотря на мое предложение остаться и понаблюдать. Я не настаиваю. Уже с первых минут мне становится ясно, что общаться с Димой мне легко и интересно. К тому же у меня дочь такого же возраста. Он охотно рассказывает о том как ходил в детский сад, о школе, об одноклассниках…о том что у него «немотивированные вспышки гнева». Тут мои глаза округляются от удивления, явно не детский текст. Спрашиваю, что он имеет ввиду. Опустив глаза, малыш тихо произносит: «Я девочку защищал, ее били, а я вступился». Мне стало его жаль, горько и обидно… Но Дима уже переключился на флипчарт и готов был забыть о моем существовании. Так у нас и повелось…как только он сталкивался с тяжелыми (на мой взгляд) переживаниями, спасительный флипчарт был тут как тут.

 

На третью встречу Диму привела бабушка и тут же поспешила уйти, уточнив когда можно вернуться. «Ах да, и проведите парочку тестов. Вдруг он псих..» - уже в дверях бросила она. Меня захлестнула волна возмущения. Но размещать было уже некому, бабушка скрылась за дверью… Как и у большинства детей в этом возрасте у Дмитрия наблюдалась высокая самооценка, претензия на продвижение и признание, тенденция к самоутверждению, устойчивая тенденция к деятель­ности: почти все, что обдумывается, планируется - осуществляется или, по крайней мере, начинает осуществляться (даже если и не доводится до конца).

 

Кл: А давайте во что-нибудь поиграем!

Т: Сейчас я расскажу тебе несколько историй. Ты внимательно их послушай. В конце каждой истории будет вопрос, на который тебе нужно ответить.

 

Дима с интересом включался во все что происходило. Использовала сказки Дюсса в следующей последовательности: "Ягненок", "Проводы", "Песочный домик", "Прогулка" и показывала картинки к ним. Таким образом, две первые сказки получаются как бы вводными в тему взаимоотношений в семье, последующие - отражают эти отношения непосредственно. Слушая, я все больше погружалась в грусть. Выяснилось, что в семье до ребенка «нет дела». На огромных детских глазах появились слезы, но Дима быстро собрался и переключился на интерьер кабинета.

 

В следующую встречу я решила вернуться к эпизоду с семьей и предложила Диме нарисовать свою семью. На столе лежало много листов разных цветов. Он выбрал ярко желтый и принялся рисовать. Вот что у него получилось (рисунок 1):

 

Т: А кто такой друг мамы?

Кл: Он старше меня на 12 лет. Он живет с нами…

 

В ходе прояснения выявилось, что мам с папой не живут вместе. Дима живет с мамой и «ее другом».

 

Кл: Он забрал у меня все машинки. Сказал, что если буду себя хорошо вести в школе, будет отдавать по одной…уже месяц прошел, а ни одной не вернул (заплакал)…но я знаю где они лежат. И когда никого нет дома, я залажу на шкаф и играю с машинками, а потом складываю их обратно (хитро улыбнулся, заговорщицки подмигнув мне).

 

«Немотивированные вспышки гнева» вдруг стали ясны и понятны. Каждую встречу Дима раскрывал мне новую тайну о себе и своей семье: как любит оставаться у бабушки, как дед катал его на танке (дедушка-военнослужащий), как мама ругается с папой («я сижу тогда тихо-тихо, а-то перепадет и мне»), какая у него строгая, но справедливая учительница, какие девочки в классе ему нравятся.

 

Становилось понятно, что Дима – обычный ребенок, ласковый, воспитанный, чувствительный. Да, иногда он злиться (я бы тоже на его месте злилась). Обсудили с ним можно ли показать рисунок семьи маме.

 

Кл: Конечно. Даже интересно, что она скажет?

 

Шестая встреча оказалась последней. Договорились, что мама придет за 20 минут до окончания работы. Дима первым начал говорить. Он хотел рассказать сон, который ему сниться часто, всегда повторяется точь в точь.

 

Кл: Я - мусорный бак. В меня скидывают все самое грязное и вонючее. Мне плохо от этого. Хочу чтобы все завершилось и меня оставили в покое! Но вдруг меня превращают в ракету и я улетаю в космос….

 

Дальше шла работа со сном как с ретрофлексией. Дима произносил эмоциональный монолог, обращенный к персонажам сновидения. После этого находили чувства, подобные только что выраженным, в отношениях реальной жизни.

 

Т: Кому в своей жизни ты мог бы адресовать эти чувства?

 

Общее направление работы – идентифицировать ситуацию отношений во сне, извлечь сходное в отношениях к терапевту или в отношениях со значимым другим лицом.

 

Кл: Я знаю про что этот сон. Это про мою жизнь. Я никому не нужен. Я хочу улететь. Только у вас мне хорошо и спокойно. Вы не ругаете. Мне интересно с вами….

 

Время работы подходило к концу. Предстоял еще разговор с мамой. Она пришла с «другом». Я показала рисунок, объяснив где кто нарисован.

 

Мама: Я все поняла… Я стараюсь быть хорошей мамой, но мне сложно.

 

Она поведала мне историю, о которой я и так много знала от Димы.

 

Мама: Спасибо вам. Мы больше не придем.

 

Я напомнила о том, что согласно контракту последняя встреча отводится завершению.

 

Мама: Дмитрий, мы уходим! Собирайся!

 

Детское сердце не обманешь (он не слышал диалога с мамой). Мальчишка упал на колени и зарыдал: «Мамочка! Не хочу никуда уезжать. Хочу остаться! Не забирай меня отсюда! Пожалуйстааа». «Друг мамы» взял его в охапку и вынес из кабинета. Еще долго в ушах стоял крик мальчика «Я хочу вернуться! Отпусти!» Гулким эхом отзывались коридоры здания…..Больше он не пришел…

 

С тех пор я не очень люблю работать с детьми. «Убить» хочется взрослых :)

Share on Facebook