Please reload

Недавние статьи

Размышления о маме - 3. Какая из мам твоя?

Когда клиент говорит о маме, у терапевта возникает иллюзия, что он точно знает, о чем идет речь. Такая же иллюзия существует и у клиента. Однако и тот, и другой могут искренне заблуждаться на этот счет.

 

Очевидно, что мама – одна-единственная. И при этом каждая мама одновременно представлена легионом различных своих и чужих ипостасей. И не всегда понятно, о какой именно маме идет речь в данный момент времени.

 

Мы уже обсуждали, что есть мама – человек, реально присутствующий в жизни клиента. И эта самая мама делает что-то, что вызывает много переживаний у клиента. Например, звонит ему каждое утро в 7 часов – даже в воскресенье, хотя он просит этого не делать, а телефон отключить не может из-за работы. Или ругает его, как ребенка. Или вмешивается в отношения с внуками. В общем, многое из того, что происходит в жизни  клиента, связано с вполне реальной мамой и ее продолжающимися злокозненными действиями или партизанскими вылазками на территорию клиента.

 

Но иногда бывает, что ее нет – она умерла, или находится в приюте для пожилых людей вместе со стариком Альцгеймером, или вежливо общается и приходит только после предварительного звонка… То есть с клиентом в реальной жизни либо никак не взаимодействует, либо взаимодействует весьма и весьма прилично. И тогда на что жалуется клиент? О чем он?

 

Ах да – о материнском имаго, о том образе, который сохранился с давних лет. Но мы то знаем, в какие причудливые игры разума мы играем каждый день со своим прошлым. И тогда терапевт имеет дело с воспоминаниями – тщательно отретушированными многолетними волнами океана памяти. То есть правильнее, исследуя эти воспоминания, периодически отвечать на вопросы: «Почему эта тема актуализировалсь здесь-и-сейчас?», «Что клиент думает и чувствует сегодня в связи с событиями из прошлого?» и т.п.

 

Эта тема может всплыть потому, что он не способен напрямую сказать терапевту о своей злости и неудовлетворенности терапевтическими отношениями. И вместо обсуждения происходящего на сессии и всех своих переносных реакций в адрес терапевта он вновь и вновь охотно говорит о маме. Опытного терапевта на мякине не проведешь, и он либо сразу, либо через полгода обязательно задаст клиенту вопрос: «А как то, что было у Вас с мамой, проявляется в наших отношениях?»

 

Мы знаем, что терапевт во время терапии достаточно регулярно на время «превращается в маму» - то в добрую и хорошую, то в злую и плохую. И иногда одновременно и в хорошую, и в плохую. Амбивалентность!

 

Но откуда клиент узнал о «хорошей» и «плохой» маме? Правильно, «наелся интроектов» – чужих идей, убеждений, мнений. Так, еще в 50-е считалось, что маленьких детей не стоит долго держать на руках – покормили – и в люлю. Плачет – легкие развивает. На деревню к дедушке- бабушке до школы отдали – скажи спасибо, что не в круглосуточные ясли. Но парадигма изменилась. Опыты на обезьянках, теория привязанности, страшные книги о матерях-ведьмах сделали свое дело. И теперь клиент зачастую сравнивает свою маму с идеальной – которая в голливудских фильмах и книжках или у соседа Пети – и говорит себе: моя была просто ужасна. Или сравнивает с ужасной – которая в голливудских фильмах и книжках или у соседа Пети – и говорит себе: моя была просто прекрасна. То есть присутствуют прекрасная (идеал), ужасная (антиидеал) и сохраненная в памяти ксерокопированная мать, которые бесконечно тасуются между собой, как карты, не являющиеся территорией. И какая карта выпадет на терапевтическом сеансе – никогда не узнаешь заранее.

 

А иногда клиент «жульничает». Не специально. Просто ему очень нужна поддержка, а он может ее получить, только если очень бедненький и несчастненький. Или в жизни много проблем. Или просто плохо. Но Вы, уважаемые читатели, уже давно поняли, кто во всем виноват. И тогда на всех картах один портрет – злая ведьма.

 

Искушенный читатель возразит – а если оно так и есть? Если мать была исчадием ада?

 

Избивала ребенка? Пила беспробудно? Отправляла воровать? Заставляла спасть с сожителем?

Да, и такое случается. Иногда мы имеем дело с серьезной травматизацией клиента – и физической, и психической. И тогда это – особая работа по восстановлению целостности переживаний, образа Я и образа мира. Но здесь я не беру эти крайние случаи. Я говорю о среднестатистической, обычной матери, которая иногда кричала, иногда наказывала, иногда любила, иногда говорила, что не любит… И очень эмоционально – типа «Зря я тогда не сделала аборт!»

 

Но ведь не сделала. Хотя могла. И слова совершенно дурацкие произносила, и вела себя не совсем разумно – мы-то уже сейчас это понимаем… И хорошо, что понимаем и можем это обсудить с терапевтом.

Потому что есть еще одна мать – это ВЕЛИКАЯ И УЖАСНАЯ МАТЬ, или даже сам АРХЕТИП ВЕЛИКОЙ МАТЕРИ.

 

Это мать, дающая жизнь. Мать-матка, плодородная, щедрая, заботливая. Мать, живущая для того, чтобы отдавать, заботиться, любить.

 

И мать, забирающая жизнь. Мать-сыра земля, беспощадная и одинаково относящаяся ко всем. Это мать-смерть, которая косит свой урожай.

 

Эти ипостаси тоже могут актуализироваться во время терапии. Вот возникла великая мать, и клиент жалуется, что она могла дать (денег… любовь… поддержку… совет), но не дала, потому что пожалела. Всемогущая мать – потому что у клиента есть иллюзия: она все могла и все знала, но не подсказала, не помогла, не дала, не спасла…

 

И тут же мать ужасная – ждет моей смерти, ненавидит, пьет кровь, травит душу…

 

А теперь представьте, что это исчадие ада – тощая старушка 85-ти лет, путающая дни недели и забывающая имена… Есть ли шанс увидеть ее такую, как она есть – реальную? Пока она не ушла навсегда? В ту самую сырую землю или в тот мир, где у людей другая реальность…

 

Клиент приходит к нам с историей. С нарративом. И там много матерей. Там его родная мать, бабушки – матери, воспитательницы детского сада, матери друзей. Матери из масс-медиа. Архетипическая мать (тоже не одна). Шизофреногенная мать (мифическая, но все же!). Мертвая мать (которая сама травмирована). Очень-даже-живая-и-активная мать, называемая в простонародье гипреопекающей. И, конечно же, мать-терапевт, кормящая клиента своими интерпретациями (даже если терапевт - мужчина). Поэтому иногда важно понять, к какой матери обращены послания? Какой матери не хватило и не хватает сейчас? Какая мать была «в избытке»?

 

И так – от целостности через деконструкцию на элементы – мы с клиентом медленно движемся к новому гештальту, к новому нарративу… Мы не принимаем на веру слово "мать", потому что никогда точно не знаем, какая из них сейчас нужна клиенту, и поэтому он снова и снова вспоминает о ней. Мы просто очень медленно движемся, пробираясь сквозь чащу разных материнских ролей и ипостасей, к объединению всех матерей в целостный образ. К разъединению всех спутанных образов для того, чтобы найти свою настоящую маму.

 

Маму, которая, несмотря ни на что, дала жизнь…

Share on Facebook
Share on Twitter
Please reload

Поиск по тегам
Please reload

Архив

О вреде осознаваний или Маленька...

3 Feb 2017

Токсичный муж: УМЕРЕТЬ ИЛИ УЙТИ

3 Feb 2017

Размышления о маме-8. Гендерное...

3 Feb 2017

1/7
Please reload

Читайте также:

  • Grey Facebook Icon
  • Grey YouTube Icon